Начинается всё с вопроса, который принято считать простым: чего ты хочешь. Простым он выглядит ровно до попытки ответить письменно.

Спроси себя прямо — получишь список приличных ответов: развиваться, вырасти, чтобы у семьи всё было хорошо. Всё правда, и всё мимо. У меня прямой вопрос годами давал ровно такие ответы, и ни один из них ничего во мне не двигал.

Сработал у меня дурацкий способ, и объяснить, почему именно он, я не берусь. Берёшь лист и пишешь сто вещей, которые хочешь. Первые идут легко, дальше начинается работа. Останавливаться нельзя, и писать нужно любой бред — он не выглядит осмысленным, и, кажется, именно поэтому проходит. После тридцатого пункта я начал писать то, чего прямым вопросом себе не отвечал.

Когда сто пунктов набраны, читаешь этот бред и спрашиваешь себя, чего на самом деле хотел человек, который его написал. Читать список как чужой заметно легче, чем как свой, даже если этот чужой — ты полчаса назад. Насколько это правильно устроено с точки зрения психологии — не знаю; знаю, что у меня работает.

Список я делал сам, по рекомендации бывшей девушки — она психолог, и метод, разумеется, придумала не она. Тяжело мне стало с двадцатого пункта, очень тяжело — с тридцатого.

Первое, что из этого выяснилось: цели из списка достигаются заметно легче тех, которых хочешь, но которые нигде не записаны как ставка. Речь при этом не о великом. У меня там стояло вернуть паспорт — я его потерял, прописан в другом регионе, и это изрядное количество бюрократии, которую я не люблю. Стояло поменять термопасту в ноутбуке, который перегревался. Такое откладывается годами, а записанная цель как будто кричит: сделай меня. Она не даёт о себе забыть и сама надевается на график.

Второе выяснилось из бреда, и оно мне не понравилось. В списке обнаружилось желание создать семью и родить детей — то есть ровно то, что нелогично и никак не укладывается в мою жизнь. Логика до этого не дошла бы: у неё на такие вещи есть готовый ответ про то, что сейчас не время.

Из добытого собирается образ будущего, и он по природе абстрактен: переливающийся всеми цветами спрут, ЛСД-приход, радуга. Так и должно быть. Ошибка здесь одна, зато капитальная — пытаться говорить конкретно о том, что устроено абстрактно. Образу не нужны цифры и сроки. Ему нужна узнаваемость: ты должен понимать, твоё это или чужой билборд, мимо которого ты слишком часто проезжал.

Проверяется это четырьмя неудобными вопросами. Чего хочешь именно ты, а не то, что принято хотеть? Из-за чего ты страдаешь? Без чего не представляешь свою жизнь? В чём себе не признаёшься?

Дальше начинается неприятное. Из всех возможных образов нужно выбрать один и отказаться от остальных — не потому что остальные плохи, а потому что ответственность за цель начинается там, где ты закрыл двери. Сказать конкретному человеку «выходи за меня», не имея гарантий, что это тот самый человек. Взяться за одно дело, зная, что три других не случатся уже никогда.

Здесь легко перепутать с тормозом, которому в картотеке отведена отдельная карточка. Единственный маршрут — беда. Единственная цель — обязанность. Варианты необходимы на уровне пути и вредны на уровне азимута: человек с тремя направлениями не идёт ни в одном, он ждёт, пока какое-нибудь окажется удобным.

Азимут пока ничего не стоит: он живёт в голове, где всё получается и никто не отказывает. Ставкой он станет в следующей главе, когда у него появятся сумма и дата.

Рабочая тетрадь

Тот же результат. Он вообще в ту сторону?

Напиши сто желаний. Не останавливайся на тридцатом, бред засчитывается.
Прочитай список как чужой и назови, чего хотел этот человек.
Проверь, лежит ли твой результат по этому азимуту, и назови, от чего ты отказался, выбрав его.